Семиков С.А. "Космические лучи - путь к звёздам"

[вернуться к содержанию сайта]

КОСМИЧЕСКИЕ ЛУЧИ – ПУТЬ К ЗВЁЗДАМ
(напечатано в журнале "Инженер" №4, 2008)

– Постой, но ведь все наши приборы говорят, что вне Земли нет жизни.

– Я бы всё объяснил, но вы, земляне, до сих пор считаете, что E=MC2.

Из фильма "Мой любимый марсианин"

    Астрономы и радиоастрономы приложили громадные усилия по поиску в космосе следов и сигналов внеземных цивилизаций. Но всё было тщетно: Вселенная молчала. И это естественно, если учесть, что сигналы инопланетян искали в виде радиосигналов, забывая о недостатках радиосвязи в космосе. Среди них малая скорость сигнала и его малая мощность, обусловленная слабой направленностью радиоантенн. Если даже до Марса радиоимпульс идёт несколько минут, а до ближайших звёзд – несколько лет, то какую бездну времени и пространства он пройдёт до далёких обитаемых миров и какой ничтожной мощностью будет обладать в конце пути. Поэтому человечество, привыкшее к радиоволнам и пробующее искать на них связи с инопланетянами, уподобляется дикарям с отдалённого острова (где сообщения передаются звуком барабанов), пытающимся выйти с нами на связь, изо всех сил стуча в там-тамы и стремясь расслышать звуки наших барабанов. Даже соорудив сверхбарабан, они вряд ли с нами свяжутся: слишком мала скорость и мощность звука в масштабе Земли, равно как скорость и мощность света, радиосигнала в масштабе галактики.

    Раз искусственные радиосигналы в космосе искать бессмысленно, то как же установить контакт, если мы не в силах вообразить те технологии связи, что использует инопланетный разум? Ведь мы, наверное, так же слепы как те туземцы с острова, мимо которых снуют тысячи наших радиопосланий, никем не замечаемых. А мимо нас летят невидимые инопланетные депеши. Впрочем, причина нашей слепоты не в примитивности и слабости земных приборов, а в косности, догматичности земного ума и науки. Ведь уже почти век назад, в 1912 г. обнаружили первые сигналы из космоса. Открыл их австрийский физик Виктор Франц Гёсс, который, взлетев на воздушном шаре, обнаружил посредством простого электроскопа, что из космоса на Землю поступает мощный поток заряженных частиц огромной энергии – то, что поздней назвали космическими лучами, или космическим корпускулярным излучением [1, 2].

    Учёные до сих пор гадают, откуда берутся космические лучи, ведь энергии частиц излучения в триллионы раз больше тех, что имеют место в ядерных распадах. Даже у частиц, разогнанных лучшими из современных ускорителей – синхрофазотронами и синхротронами – энергии в миллиарды раз меньше, чем у самых быстрых частиц космолучей [1]. Ни звёзды, ни планеты не могут придать частицам такие энергии. А потому напрашивается вывод, что космолучи имеют не естественное, а искусственное, техногенное происхождение – это продукт инопланетных цивилизаций, обладающих техникой, способной придать частицам гигантскую энергию. Не зря частицы космолучей всегда сравнивали с частицами из ускорителей. Стоило развить эту аналогию, и всё бы стало на свои места. Странно, что учёные, исследующие космолучи, не поняли их истинной сути – того, что это лучи межзвёздной связи.

    Почему же в космосе столь удобна связь на космических лучах? Прежде всего, благодаря огромной скорости частиц их поток можно очень точно направить в нужную точку неба – отклонение пучка частиц от намеченной траектории будет обратно пропорционально скорости частиц, то есть будет ничтожным. Другими словами, космический излучатель – это поистине дальнобойное орудие, имеющее сверхострую диаграмму направленности, а потому даже на космических просторах мощность сигнала, переданного посредством космических лучей, будет огромна. Кроме того, свободно летящие потоки высокоэнергичных частиц, в отличие от радиолучей, не будут ослабевать, рассеиваться межзвёздной средой. Наконец, что самое важное для межзвёздной связи, космолучи имеют огромную скорость, отчего время задержки сигнала будет порядка месяца или меньше: всё зависит от мощности передатчика.

    Проблему космосвязи решил ещё Циолковский [3, с. 149]: "Свет, правда, распространяется для звёздных расстояний недостаточно быстро. Ему нужны года для одоления их. Но, может быть, в эфире найдём и другую среду… Её невидимые колебания могут достигать соседние солнца не в года, а в дни, даже часы. Так что разговоры будут много удобнее, чем теперь". Под эфиром Циолковский понимал не тот абстрактный неподвижный эфир, в котором, как считали, движутся световые волны, а динамическую среду, образованную, как в баллистической теории Ритца (БТР), мириадами частиц, летящих со скоростью света. А "другие среды" – это потоки ещё более быстрых частиц, и лучшие в них кандидаты – это космолучи.

    В самом деле, основная проблема межзвёздной связи – это малая скорость сигналов. Свет, как и любой электромагнитный сигнал, движется в вакууме со скоростью C=300000 км/с, ничтожной в масштабах космоса. По специальной теории относительности (СТО), ничто не может лететь быстрее света – ни излучения, ни частицы. Но эксперименты последних лет показали, что свет и частицы вполне могут лететь со скоростью большей C. А значит, ничто не мешает разгонять частицы до сколь угодно высоких скоростей. Тогда формула СТО E=MC2, связывающая энергию E и массу M частицы ошибочна, и для частиц справедлива классическая формула E=MV2/2. Согласно ей огромная энергия E частиц космического излучения свидетельствует не об огромной массе M (при скорости порядка C), а об огромной скорости V при обычной массе. Если пересчитать по классической формуле скорости частиц космолучей, они окажутся в сотни раз выше скорости света. Даже электроны с энергией в 10 Гэв, уже сегодня получаемые в ускорителях, должны двигаться со скоростью в 100 раз превышающей световую. Такие частицы пролетают межзвёздные расстояния за дни и часы.

    Как видим, прав был марсианин из эпиграфа – именно вера в теорию относительности и абсурдную формулу E=MC2 не даёт нам обнаружить жизнь в других мирах, мешает выйти с ними на связь. Более того, эта ложная формула мешает и самим нам вырваться в дальний космос, построить межзвёздные корабли. Основная проблема для корабля, посылаемого в межзвёздное плавание, – это его малая скорость и малый запас топлива. И та и другая проблема решаются по формуле Циолковского увеличением скорости выброса реактивной струи частиц или газов. Однако по СТО эта скорость не может превышать скорости света. Конечно, у современных ракет скорости истечения реактивной струи далеки от скорости света, но скоро двигатели станут ионными, плазменными, что позволит приблизить скорость вылета частиц к световой, и по теории относительности эта скорость уже не будет превышена. А скорость ракеты была б ещё ниже скорости света, и звездолётам пришлось бы веками ползти меж звёзд, словно черепахам. Но если СТО ложна, то частицы могут вылетать из дюз космического корабля со скоростью в тысячи раз больше световой, а сам корабль – лететь со скоростью в сотни раз большей C. Тогда огромные межзвёздные расстояния уже не преграда!

    Если кто-то летает и держит связь меж звёзд, то только так, а не черепашьим темпом. Путь в космос пролегает через микромир [4]. И метко замечено, что космические лучи – это мосты, соединяющие микромир, космос и звёздные миры [1]. Частицы, рвущиеся из дюз космолётов, обладали б огромной энергией. Поэтому космические лучи могут оказаться отчасти и выхлопами, реактивными струями далёких космолётов. Когда струя чиркает по Земле, приборы регистрируют усиление потока космолучей, возникают ливни частиц, равно как выхлопы земного транспорта способствуют выпадению простых ливней в крупных городах.

    Итак, космические лучи – это всего лишь лучи сверхсветовой связи и выхлопы космотранспорта. Чтобы выхлопы не заглушали связь помехами, для связи и транспорта должны применяться по межзвёздной договорённости разные типы частиц, к счастью, их известно множество. Так, для связи удобней использовать лёгкие электроны, которые проще разогнать до высоких скоростей. Кроме того, разные типы частиц могут применяться для создания многих каналов связи, так же как в радиосвязи есть много не перекрывающихся диапазонов частот. Излучатели должны выстреливать лишь заданные типы частиц или ионов, а приёмники должны быть настроены на регистрацию соответствующих частиц (рис. 1). Даже земные лаборатории обладают такими избирательными детекторами, автоматически выделяющими из потока заданные классы частиц, отсеивая, словно фильтр радиоприёмника, всё лишнее.

    Остановимся кратко и на устройстве звездолётов с космолучевой тягой. Сердцем таких звездолётов должен быть мощный ускоритель, разгоняющий частицы до сверхсветовых скоростей и выстреливающий их из дюз корабля в космическое пространство. Возможно, более удобными для этой цели окажутся не циклические, а линейные ускорители (рис. 2.а). Подбором геометрии ускорительной камеры-волновода в них можно создать бегущую электромагнитную волну, фазовая скорость которой постепенно растёт и на выходе ускорителя заметно превосходит скорость света (быстрая волна). В итоге частицы, ускоряемые продольным полем волны, по сути несомые ею, обгоняют свет. Прообразом таких двигателей являются уже существующие ионные и плазменные ракетные двигатели, в которых ионы ускоряются мощными электромагнитным полями – это своего рода электронные или ионные пушки [5, 6].

    Работают эти двигатели на электрической энергии [5], но ныне их проекты почти заброшены. А напрасно, ведь в отличие от химических, они могут работать на любом веществе, включая воду. В двигателе при нагреве она превращается в плазму – ионизованный газ, который либо сразу поступает в плазменный ускоритель, либо разделяется на положительные и отрицательные ионы, поступающие в разные ускорители, на выходе из которых частицы обретают нужную скорость. Двигатель можно использовать и как передатчик космических лучей – корабль может сигналить двигателем, переведённым в импульсный режим.

    Остался вопрос об источнике питания ускорителя, дающем нужную мощность и способном придать частицам гигантскую энергию. Из известных источников энергии подходит ядерный и термоядерный. Современные проблемы по созданию новых источников энергии связаны с той же теорией относительности и квантовой механикой, не дающих адекватного представления о строении частиц и о том, как эффективней из их распада и синтеза черпать энергию. Значит, и с этой стороны путь в космос пролегает через микромир, через верное понимание его устройства. Кстати, ядерные ракетные двигатели тоже разрабатывались, но были заброшены [6]. Так мы отсекли себе пути в дальний космос и заперли себя на Земле.

    А ведь именно ядерная и ускорительная техника была б наиболее естественна в ракетостроении. Исторически ракетная техника связана с баллистикой, артиллерией, но с ними же тесно переплетена и техника ядерная. Отсюда её терминология: бомбардировка ядрами, кобальтовая пушка, мишени и т.д. Сам открыватель ядра, Резерфорд, сравнивал альфа-частицы со снарядами, а ядра с бронёй, и в наши дни мощные ускорители сравнивают с тяжёлой артиллерией. Всё идёт к тому, что именно ядерная физика, физика высоких энергий станет основой для космолётов. Интересно, что уже С.П. Королёв задумывался над возможностью ядерных ракетных двигателей, как альтернативы химическим, и обсуждал эту возможность с Курчатовым. Но если на тот момент их разработка казалась рискованной, ввиду жёстких сроков космической программы, то теперь уже нет помех к разработке ядерных двигателей.

    У сверхсветовых кораблей надобность в запасах топлива вообще отпадает. Ведь на скоростях близких к световой частицы разреженного межзвёздного газа встречаются довольно часто, и корабль может собирать их на своём пути, превращать в плазму и, разогнав, выстреливать назад (рис. 2.б). Сбор частиц с пути следования необходим ещё и потому, что они уже оказывают заметное сопротивление движению. Межзвёздная среда становится для корабля весьма плотной, и космолёт может лететь по принципу реактивного самолёта, турбина которого тоже засасывает встречный воздух, разгоняет его и с силой отбрасывает назад [6].

    Всё это показалось бы фантастичным и голословным, если б не отдельные экспериментальные данные, к изложению которых приступаем. Помимо таких косвенных свидетельств как отсутствие естественных источников космических лучей, необъяснимость их огромной энергии и вариаций интенсивности, есть и конкретные факты, доказывающие возможность сверхсветовых скоростей и искусственный характер космических лучей. Обычно эти факты либо игнорируют, либо намеренно замалчивают, дабы не навредить принятой модели мира.

    Так, скорости частиц космического излучения можно измерять двумя путями: по их энергии из формулы E=MC2 с учётом релятивистской зависимости массы от скорости; или непосредственно, деля их путь сквозь атмосферу на время пути. И если первый метод в принципе не может дать скорость больше скорости света, то в прямых измерениях у частиц не раз фиксировали скорость многократно превышающую световую. Аналогично в ускорителях-синхротронах скорость электронов можно искать по релятивистской формуле E=MC2, а можно напрямую – умножив периметр πD ускорителя на частоту f ускоряющего поля, равную частоте обращения частицы в ускорителе (рис. 3). Диаметр D мощных синхротронов – 100–200 метров, ускоряющее поле ВЧ-диапазона, то есть f=3–30 МГц. Отсюда скорость электронов VDf =109..1010 м/с, что в разы и десятки раз больше скорости света. Это вполне согласуется со скоростью, найденной из энергии E электронов по классической формуле E= MV2/2. Уже для электронов с энергией в несколько Мэв скорость оказывается заметно выше, чем у света. Ещё Ритц полагал, что в земных опытах возможны сверхсветовые электроны.

    Другой пример – это открытая у света способность двигаться быстрее света. Как показали уже земные эксперименты, скажем опыты У. Кантора и М.И. Дуплищева, источник излучения дополнительно сообщает свою скорость V излучению, отчего скорость световых лучей становится не C, а C+V. Но если эти результаты пытались оспорить, то космические эксперименты уверенно доказали непостоянство скорости света и зависимость её от скорости источника. Особенно это заметно в радиолокационных измерениях. Так, при радарных замерах положения Венеры расстояния, одновременно находимые разными обсерваториями, заметно разнились, причём систематически больше выходило расстояние у станций, расположенных на той стороне Земли, которая удалялась от Венеры, а меньше – на той, которая сближалась (рис. 4). И это естественно, если вращение Земли сообщает добавочную скорость радиолучу, пущенному в сторону Венеры: радиолуч приходит быстрее, давая заниженное расстояние. Заметив это несоответствие, большее погрешности измерений, учёные поспешно о нём забыли. Но эти измерения, отвергающие постулат СТО о постоянстве скорости света, как показал Б. Уоллес, прекрасно согласуются с баллистическим принципом (рис. 5) и с БТР.

    Есть и масса других космических свидетельств, доказывающих справедливость БТР и ошибочность СТО. Но здесь упомянем об одном нашумевшем эксперименте, который из-за его вопиющего противоречия принципам нынешней физики не удалось скрыть. Речь идёт о замерах положений аппаратов "Пионер", запущенных в 70-х гг. к окраинам солнечной системы [7]. С помощью радиолокации на всём пути следования измерялись скорость и расстояние до "Пионеров". И оказалось, что это расстояние заметно отличается от расчётного. Вполне вероятно, что и в этом случае ошибка вызвана неучётом зависимости скорости света от скорости источника излучения. Ведь посылаемый "Пионером" радиосигнал приобретает скорость аппарата и потому регистрируется на доли миллисекунды позже, чем положено по СТО (рис. 6). То есть мы фиксируем скорость аппарата не в истинном его положении, а когда он находился чуть ближе, и его ускорение, направленное к Солнцу, было несколько больше.

    Вот лишь малая часть известных опытных свидетельств, доказывающих БТР и отвергающих СТО вместе с формулой E=MC2 и невозможностью превысить скорость света C, а сколько ещё неизвестных, забытых и замолчанных. Впрочем, всё это пока доказывает лишь сверхсветовые скорости частиц космоизлучения. А есть ли доказательства их искусственной природы? На первый взгляд, единственное свидетельство даёт огромная энергия частиц, которая может быть получена лишь в ускорителе (и то ускорители только начали приближаться к такому уровню). Чтобы доказать искусственный характер лучей, надо исследовать направления прихода потоков частиц и выявить закономерности их вариаций во времени.

    Единственный способ закодировать информацию в потоке частиц космического излучения – это промодулировать его по плотности, интенсивности (аналогично свет, радиоволны – это модулированный поток частиц-реонов). А потому вариации интенсивности потоков космических частиц, которые реально наблюдаются, должны носить не случайный, а во многом правильный, регулярный характер. И самое интересное, что эти правильные вариации, закономерности действительно обнаружены, причём не какой-то тонкой аппаратурой, выведенной в космос или поднятой в горы, а простейшими приборами. Эти закономерности прослеживаются уже в характере ядерных распадов – хрестоматийном примере совершенно случайных процессов. Все распады имеют характерные частотные спектры (кривые статистических частот данного числа распадов в единицу времени). Теоретически эти спектры должны описываться распределением Пуассона (рис. 7). Но всегда есть флуктуации – отклонения от Пуассона, естественные для случайного процесса. Однако неестественно то, что спектры этих флуктуаций с течением времени претерпевают цикличные правильные изменения, вызванные, очевидно, космофизическими причинами, а конкретней космическими лучами. Оказалось, спектр в каждый момент зависит от того, какая точка звёздного неба находится в зените, то есть, с какого направления приходят космические лучи, влияющие на ход распада.

    Это явление обнаружено известным российским исследователем биоритмов, солнечной активности и космоизлучения С.Э. Шнолем [8]. Но учёные игнорируют эти данные и стремятся замять дело, предав факты забвению, ввиду их противоречия догмам. Всё это снова доказывает, что причина слепоты в отношении внеземных сигналов – не в слепоте приборов, а в слепоте ума, приверженного догмам. Прав был марсианин – мы не найдём братьев по разуму, пока верим в СТО: нельзя считать разумными тех, кто верит в эту абсурдную теорию.

    Итак, ещё век назад были открыты космические лучи, была готова баллистическая теория, раскрывающая их смысл. Поэтому как минимум пятьдесят лет назад мы могли выйти на связь с внеземными цивилизациями, могли создать передатчики и приёмники, работающие на космических лучах. Если бы не СТО, мы бы давно расшифровали код космолучей и могли бы летать к другим звёздам. Лишь инертный, зашоренный разум держит людей на Земле. Из-за СТО и квантовой механики человечество отстало в развитии на сто лет, земная наука погрязла в дурмане метафизики и самообмана. Но вопреки всем усилиям сторонников СТО, неумолимые факты выходят наружу, демонстрируя шаткость позиций релятивистов. Поэтому уже для многих не секрет, что в ближайшие годы грянет новая научная революция, которая откроет человечеству путь к звёздам. А проложат этот путь космические лучи – частицы-гонцы, несущие космическую весть о том, что в космосе есть высший разум.

Семиков С.

Источники:

1. Росси Б. Космические лучи. М.: Атомиздат, 1966.
2. Жданов Г.Б. Лучи-разведчики. М., 1957.
3. Циолковский К.Э. Очерки о Вселенной. Калуга, 2001.
4. Семиков С. Из микромира в космос // "Инженер", 2007, №3.
5. Гильзин К.А. Электрические межпланетные корабли. М.: Наука, 1970.
6. Гэтланд К. Космическая техника. М.: Мир
, 1986.
7. Петров В. Что тормозит "Пионеров"? // "Инженер", 2007, №5.
8. Шноль С.Э. и др. // "Успехи физических наук", 1998, т. 168, №10. (см. на www.btr.nnov.ru)

Дата установки: 06.04.2008
[вернуться к содержанию сайта]

W

Hosted by uCoz